Первое кругосветное плавание (1519–1522)

Меня зовут Хуан Себастьян Элькано, и я был баскским мореплавателем из Королевства Испания. В начале шестнадцатого века воздух в Севилье, откуда я родом, был буквально пропитан духом приключений. Все говорили о новых землях, несметных богатствах и славе, ожидающей тех, кто осмелится отправиться в неизведанное. Именно в этой атмосфере я встретил решительного португальского капитана по имени Фернан Магеллан. У него была смелая, почти безумная идея: достичь ценных Островов пряностей, плывя на запад. В то время никто еще не совершал такого путешествия. Все плавали на восток, огибая Африку, но этот путь контролировали португальцы, соперники Испании. Магеллан же был убежден, что сможет найти морской проход через недавно открытые земли Америки и выйти в великий, неведомый океан по ту сторону. Он представил свой план испанскому королю Карлу I, и тот, видя в этом возможность превзойти Португалию, согласился финансировать экспедицию. Началась масштабная подготовка. Нам выделили пять кораблей: «Тринидад», «Сан-Антонио», «Консепсьон», «Виктория» и «Сантьяго». Наш экипаж насчитывал более двухсот семидесяти человек — смельчаков со всей Европы, готовых рискнуть всем ради великой цели. Я был назначен штурманом на одном из кораблей. 10-го августа 1519 года, когда наш флот медленно покидал порт Севильи, мое сердце колотилось от смеси страха и восторга. Мы уходили в бескрайний, неизведанный Атлантический океан, не зная, что нас ждет и вернемся ли мы когда-нибудь домой. Но мечта о великом открытии вела нас вперед.

Наше путешествие в неизвестность оказалось куда более трудным, чем мы могли себе представить. Пересечение Атлантики было долгим, но это было лишь начало. Мы месяцами плыли вдоль побережья Южной Америки, сражаясь с ледяными ветрами и высокими волнами в поисках заветного пролива. Некоторые из моих товарищей начали терять надежду, и напряжение на кораблях росло. Но Магеллан был непоколебим. И вот, 21-го октября 1520 года, наши усилия были вознаграждены. Мы нашли узкий, извилистый проход, который позже назовут Магеллановым проливом. Радости нашей не было предела. Мы думали, что самое трудное позади. Как же мы ошибались. Пройдя через пролив, мы вышли в огромный, спокойный океан. Магеллан назвал его Тихим океаном, «Mar Pacífico», из-за его умиротворенного вида. Но это спокойствие было обманчивым. Наше плавание по этому бескрайнему водному пространству длилось целых девяносто девять дней. Это были дни настоящего ужаса. Наши запасы еды быстро закончились. Мы ели корабельные сухари, превратившиеся в пыль и кишащие червями, грызли воловью кожу, которой были обтянуты мачты, и пили гнилую, желтую воду. Страшная болезнь, цинга, начала косить наших людей одного за другим. Я с болью смотрел, как мои товарищи слабеют и умирают. Но самое тяжелое испытание ждало нас впереди. 27-го апреля 1521 года, когда мы достигли островов, которые сейчас называют Филиппинами, наш капитан, Фернан Магеллан, вмешался в конфликт между местными племенами и был убит в бою. Мы потеряли нашего лидера. Корабли были в плачевном состоянии, а команда измотана. После череды трагических событий, когда мы потеряли еще один корабль, оставшиеся в живых избрали меня капитаном последнего уцелевшего судна, «Виктории». Наша первоначальная миссия по поиску пряностей отошла на второй план. Теперь у нас была лишь одна, отчаянная цель — вернуться домой.

Под моим командованием «Виктория» начала свой долгий и опасный путь домой. Нам предстояло пересечь Индийский океан, но мы не могли идти привычным путем. Эти воды контролировались португальцами, которые считали нас врагами и захватили бы наш корабль при первой же возможности. Поэтому мы плыли по неизведанным южным маршрутам, стараясь держаться подальше от португальских портов. Это был путь, полный риска. Затем нас ждало одно из самых грозных мест на планете — мыс Доброй Надежды на южной оконечности Африки. Бури там были такими свирепыми, что казалось, наш маленький, измученный корабль вот-вот разлетится на щепки. Но «Виктория» выстояла. Последний рывок вверх по побережью Африки был проверкой на прочность нашего духа. Мы были истощены, голодны, но мысль о доме придавала нам сил. И вот настал тот день, который я не забуду никогда. 6-го сентября 1522 года, спустя почти три года после нашего отплытия, мы увидели на горизонте берега Испании. Эмоции, которые мы испытали, невозможно описать словами. Из пяти кораблей и более двухсот семидесяти человек вернулся лишь один корабль, «Виктория», с восемнадцатью европейцами на борту. Мы были похожи на призраков, но мы были живы. И мы совершили невозможное. Мы стали первыми людьми, обогнувшими земной шар. Наше путешествие навсегда изменило представление человечества о планете. Мы доказали, что Земля — это единый шар, что все океаны соединены, и что мир гораздо больше, чем кто-либо мог себе представить. Наша история — это не просто рассказ о географическом открытии. Это история о мужестве, о невероятной силе человеческого духа и о том, что даже перед лицом величайших трудностей нужно продолжать идти вперед, ведь за горизонтом всегда ждет что-то новое.