Джон Джеймс Одюбон

Здравствуйте. Меня зовут Джон Джеймс Одюбон, и я хочу рассказать вам историю о том, как моя любовь к птицам превратилась в дело всей моей жизни. Я родился 26-го апреля 1785 года на далёком острове Сан-Доминго, но моё детство прошло во Франции. Мир вокруг меня был полон чудес, и больше всего меня привлекали не школьные классы, а леса и поля. Я мог часами бродить по лесу, наблюдая за птицами, изучая их повадки и восхищаясь их красотой. Мой отец видел эту страсть и поощрял моё увлечение природой. Я начал пытаться зарисовывать птиц, которых видел. Поначалу мои рисунки были далеки от совершенства, но я не сдавался. Каждая линия, каждый штрих были попыткой запечатлеть на бумаге живое, трепещущее создание. Я ещё не знал, что это скромное увлечение определит всю мою дальнейшую судьбу и позволит мне показать миру природу так, как её ещё никто не видел.

Когда мне исполнилось 18 лет, в 1803 году, мой отец отправил меня в Америку. Он хотел, чтобы я управлял фермой под названием Милл-Гроув в Пенсильвании. Приехав туда, я был ошеломлён. Американская природа была дикой, нетронутой и полной такого разнообразия птиц, о котором я не мог и мечтать. Леса, реки и поля стали моим настоящим домом и бесконечным источником вдохновения. Именно в Милл-Гроув я провёл свой знаменитый эксперимент. Я хотел узнать, возвращаются ли птицы на то же место весной. Я поймал маленькую птичку, восточного фиби, и аккуратно повязал ей на лапку ниточку. На следующий год, к моей огромной радости, фиби вернулся! Это был первый известный случай кольцевания птиц в Северной Америке. В то же время я встретил замечательную женщину, Люси Бейквелл. Она понимала и разделяла мою любовь к природе, став моей опорой на всю жизнь. В 1808 году мы поженились, и я обрёл не только жену, но и самого верного друга.

После свадьбы мы переехали в Кентукки, где я пытался стать бизнесменом. Я открывал магазины, пробовал себя в торговле, но моё сердце оставалось в лесу. Я постоянно убегал в дикую природу, чтобы рисовать птиц, и дела шли всё хуже и хуже. В 1819 году мой бизнес окончательно провалился, и я был объявлен банкротом. Это был очень тяжёлый период для моей семьи. Мы потеряли всё, и я чувствовал себя совершенно раздавленным. Однако именно в этот самый тёмный час ко мне пришла самая смелая идея в моей жизни. В 1820 году, не имея ничего, кроме своего таланта, ружья и коробки с красками, я принял решение. Я решил посвятить себя своей истинной страсти и сделать то, чего до меня не делал никто: я отправлюсь в путешествие по всей Северной Америке, чтобы найти, застрелить и нарисовать каждую птицу этого континента и издать об этом книгу. Это казалось безумием, но для меня это был единственный путь вперёд.

Моё великое путешествие началось. Годами я странствовал по диким уголкам Америки: сплавлялся по рекам, пробирался через болота и дремучие леса. Чтобы нарисовать птицу, мне сначала нужно было её добыть. Я разработал свой уникальный художественный стиль: я изображал птиц в натуральную величину, в их естественной среде обитания, запечатлевая их в движении — летящими, охотящимися, кормящими птенцов. Когда у меня накопилось достаточно рисунков, я попытался найти издателя в Америке, но никто не хотел браться за такой огромный и дорогой проект. Мне говорили, что это невозможно. Но я не отчаялся. В 1826 году я совершил рискованный шаг и отправился в Англию, надеясь найти там ценителей моего искусства. И я их нашёл! В Англии мой труд был встречен с восторгом. Я начал работать с талантливым гравёром Робертом Хэвеллом-младшим. Вместе мы приступили к созданию моего шедевра — книги «Птицы Америки». Она печаталась на огромных листах, которые называли «двойной слоновий фолио», чтобы каждая птица была изображена в натуральную величину. Книга выходила частями с 1827 по 1838 год и стала настоящей сенсацией.

Завершение «Птиц Америки» было моментом величайшей гордости. Моя мечта, родившаяся в момент отчаяния, осуществилась. Но я не остановился на достигнутом. Вместе со своими сыновьями я начал новый большой проект — создание подобной книги о млекопитающих Северной Америки. Последние годы своей жизни я провёл в кругу семьи в Нью-Йорке. Я дожил до 65 лет и ушёл из жизни в 1851 году. Мои картины навсегда изменили представление людей о птицах, показав их не просто как научные образцы, а как живых, полных энергии и красоты существ. Сегодня в мою честь названа знаменитая организация по защите птиц — Национальное Одюбоновское общество. Оно продолжает дело моей жизни, сохраняя красоту природы для будущих поколений, и это лучшее наследие, о котором я мог бы мечтать.