Международная китобойная комиссия

Мы — Международная китобойная комиссия, или МКК. Наша история началась в мире, который восстанавливался после долгого конфликта и учился работать вместе по-новому. Мы были созданы 2 декабря 1946 года, когда пятнадцать стран собрались в Вашингтоне, округ Колумбия, чтобы подписать международный договор — официальное соглашение, известное как Международная конвенция по регулированию китобойного промысла. Причиной нашего создания была серьёзная проблема: в течение многих лет охота на китов была настолько интенсивной, что многие виды больших китов оказались на грани исчезновения. Это означало, что их популяции стали настолько малы, что они могли навсегда исчезнуть с нашей планеты.

В то время китобойный промысел был важной отраслью для многих стран, обеспечивая их ценными продуктами, такими как масло, мясо и другие материалы. Однако без какого-либо регулирования эта отрасль рисковала уничтожить сам ресурс, от которого она зависела. Поэтому наша первоначальная цель была двойной. С одной стороны, нам нужно было управлять китобойным промыслом, чтобы предотвратить исчезновение китов. С другой стороны, мы должны были обеспечить «планомерное развитие китобойной промышленности». Это означало не остановить охоту полностью, а сделать её устойчивой, чтобы популяции китов могли восстанавливаться, а отрасль могла продолжать существовать в будущем, не разрушая морские экосистемы.

В наши первые десятилетия основной задачей было установление ограничений на вылов, или квот, для стран, занимающихся китобойным промыслом. Чтобы принимать эти важные решения, мы создали Научный комитет. В этот комитет входили ведущие учёные-китологи со всего мира — эксперты, посвятившие свою жизнь изучению этих великолепных морских млекопитающих. Их работа заключалась в сборе и анализе данных о численности китов, их миграционных путях и общем состоянии популяций. Затем они представляли нам свои научные выводы, чтобы наши решения основывались на наилучших доступных доказательствах, а не только на экономических желаниях.

Однако превратить научные данные в эффективную международную политику оказалось невероятно сложно. Наши страны-члены часто имели разные интересы. Некоторые страны с крупными китобойными флотами зависели от этой отрасли в экономическом плане и настаивали на более высоких квотах. Другие страны начинали больше беспокоиться о долгосрочном выживании китов. Достичь согласия, которое бы одновременно удовлетворяло экономические потребности и обеспечивало реальную защиту китов, было очень трудно. В результате принятые квоты часто были слишком высокими. Охота продолжалась слишком интенсивно, и, несмотря на наши усилия, многие популяции китов продолжали сокращаться, приближаясь к опасному уровню.

В 1970-х и начале 1980-х годов в мире начало происходить значительное изменение. Общественное мнение о китобойном промысле стало кардинально меняться. Это было время растущего экологического движения, когда люди по всему миру стали больше осознавать влияние человеческой деятельности на планету. Истории об интеллекте китов и угрозе их исчезновения привлекли внимание общественности. Кампании по «спасению китов» стали мощным символом этого нового экологического сознания, вдохновляя миллионы людей требовать более решительных действий для их защиты.

Это глобальное изменение повлияло и на нашу комиссию. К нам присоединилось всё больше стран, многие из которых не имели истории коммерческого китобойного промысла и чьи граждане решительно поддерживали идеи сохранения природы. По мере роста нашего членского состава внутренний баланс сил начал смещаться. Большинство стран-членов стали отдавать предпочтение сохранению китов, а не их промыслу. Этот сдвиг в мышлении внутри нашей организации подготовил почву для одного из самых важных и далеко идущих решений в нашей истории, которое изменило нашу миссию и определило нашу работу на десятилетия вперёд.

В 1982 году, после долгих и напряжённых дебатов, мы проголосовали за введение паузы, или моратория, на весь коммерческий китобойный промысел. Это решение вступило в силу в 1986 году. Мораторий был разработан как временная мера для того, чтобы дать истощённым популяциям китов время на восстановление, а учёным — возможность провести дальнейшие исследования. Этот мораторий действует и по сей день и является краеугольным камнем нашей работы по сохранению китов. Однако важно понимать, что он не остановил все виды китобойного промысла. Мы по-прежнему разрешаем и регулируем некоторые исключения. К ним относятся аборигенный китобойный промысел, который позволяет коренным общинам охотиться на ограниченное количество китов для удовлетворения своих традиционных и культурных потребностей, а также промысел по специальным разрешениям для научных исследований.

С введением моратория наша роль значительно расширилась. Мы превратились из органа, в основном управляющего охотой, в организацию, занимающуюся сохранением всех китообразных — группы, в которую входят киты, дельфины и морские свиньи. Сегодня наша работа направлена на решение множества современных угроз, с которыми сталкиваются эти животные в мировом океане. К таким угрозам относятся загрязнение воды химикатами и пластиком, столкновения с большими судами, которые могут привести к серьёзным травмам или гибели, а также запутывание в рыболовных сетях, что является одной из главных опасностей для многих видов. Мы продолжаем способствовать научным исследованиям, чтобы лучше понимать этих животных и угрозы для них, и работаем с нашими странами-членами над поиском решений для обеспечения безопасного и здорового будущего для китообразных во всех океанах мира.